Inna (karial) wrote,
Inna
karial

Categories:
Бог с ней, с политикой - осень на дворе, поговорим лучше о свадьбах. Собственно, тут окончание истории. Предысторию - для тех, кто по причине недавности нашего виртуального знакомства не читал историю о соседях, вине и настоящих христианах - прочитать стоит, иначе будет непонятно.

Итак, сын индуса-священника, полагающего, что настоящие христиане не пьют "ферментированный виноградный сок", Коши и наша милая соседка Анжели наконец поженились. В прошлую субботу, в псевдоготической церкви св. Джакоба.

Уже на входе в церковь было видно, что свадьба эта несколько отличается от новоанглийских торжеств .
.
Левая половина зала - гости жениха - была непросто забита до отказа, она переливалась и искрилась всеми оттенками индийского шелка. Потому что все без исключения женщины были в сари. В отличие от пары традиционных индусок в сари справа, прихожанки церкви не рисовали "поцелуев бога" на лбу - Шива целовал исключительно представительниц веры индуистской. Такие впрочем, тоже встречались - редкие яркие птички с правой стороны от прохода. Со стороны невесты. Среди скучных и не столь многочисленных новоанглийских профессоров да коллег Линды, матери Анжели, той самой хипушки, неохотно превращюащейся в будние дни в начальницу отдела в Pitney Bowes. Деловые костюмы, преимущественно серых, темно-синих и коричневых тонов, скромные брошки на лацканах у дам, из косметики - одна помада, официозно-красные галстуки у мужчин. В первом ряду проклевал всю службу носом профессор иудаизма в ермолке.

А не клевать носом было сложно, ибо продолжалась эта служба без малого два часа, и даже наш сосед, отец невесты, Ральф, преподающий в университете курс "Библия как произведение мировой литературы", жаловался что она была "черезчур перегружена христианскими традициями". Вот так вот - неозабоченным "христианскими традициями" даже в малых количествах нам пришлось туго.

Вели бракосочетание 6 священников - такое я в первый раз видела - причем главную роль исполнял папа жениха. Отцу невесты отвели совсем скромную роль вначале - прочитать кусок из Старого Завета, да ответить на вопрос, "кто отдает эту женщину" ("Ее мать и я"). Анжели с Коши тоже явно играли роли второго плана - в центре внимания был этот великий столп индусского христианского сообщества Стэмфорда, полагающий, что настоящие христиане не пьют и не танцуют. Говорил он с таким сильным акцентом, что понять проповедь можно было только по сценарию в специльной брошюрке, вручавшейся у входа. Впрочем, на втором часу и брошюрка не помогала - папа дошел до традицинной индийской части церемонии.

В этой части невесте закрывают голову такой вышитой шелковой попонкой - есть у нее чуть ли не 15-сложное название, но воспроизводить его тут я не берусь. Удивительно спетый и разбитый на голоса хор прихожанок слева пел при этом свадебный гимн на мафалатаист....нет, название языка мне тоже не воспроизвести. Озверевший от первого часа церемонии муж сообщил, что сейчас начнет подпевать. С третьего куплета. Только вот определит, когда начинается третий куплет. Вторая страница гимна была напечатана уже не английскими буквами, а непонятными европейцу знаками. Видимо, семья жениха обладала неким опытом приглашения неверных на святую церемонию, и подозревала, что именно на третьем куплете появляется желание подпевать.

Анжели, уже под попонкой (нет, на настоящее название этого предмета я все-таки не решусь), произнося клятву верности чуть ли не в пятый раз, издала неприличный смешок. Папа жениха покраснел, помрачнел, и акцент его усилился до такой степени, что мы заспорили, на какой странице он находится. А также о том, почему от Коши требовалось всего навсего поклясться любить и содержать, тогда как Анжели должна была официально признать "его бога своим богом и его родных своими родными"? это те самые "традиции" или общение с родителями Анжели, которые, о ужас, пьют вино, навело пастора на мысль о суровой и ассиметричной клятве?

Главным носителем феминизма у нас в семье являюсь вовсе не я, как могли бы подумать постоянные читатели этого журнала, а моя дочь. Именно в процессе этого спора я поняла, что как бы зла не была любовь, но от индийско-христианского зятя - или, как минимум, in-laws священников - я буду избавлена навеки.

В момент одевания попонки за спиной невесты стоит ее родственница. Потом - на очередном гимне и после завязывания женихом у невесты на шее какого-то ритуального узелка - нет, название мне опять не воспроизнести - родственница отходит, а на ее место становится родственница жениха. Так что извлеченная из-под попонки невеста сразу понимает: семья вокруг другая, мир поменялся, и спасения ждать неоткуда. Прихожанки слева наяривал уже третий индийский гимн. Муж уже не предлагал подпевать. Он с нехристианским смирением рассчитывал время от последней сигареты, делил его на страницы в брошюрке и пытался путем божественного откровения приблизить следующее свидание с никотином.

Все когда-нибудь кончается - папа как рефери задрал руки невесты с женихом и чуть ли не раскланялся. Сомнений в том, кто тут главный не оставалось. На выходе, узрев наши постные морды среди моря сари и тех самых национальных мужских костюмов, производного мундира и пижамы, что ассоциируются у нас, культурологически-темных, с капитаном Немо, спиной к жерлу пушки - Линда бросилась мне на шею. Я обещала семье произнести нужные фразы - муж хотел курить, а дочь обсуждать феминизм и христианство. Но положенные слова "какая красивая церемония" просто-таки застряла в горле - наши отношения с Линдой обычно ограничивались кивком из окна машины, от хорошей жизни на шею не бросаются.
- Линда, что мы делаем дальше? - спросил мой чуткий муж
- Я не знаю! я вообще не знаю, что я тут делаю! - сказала грустная Линда. - Я все делаю по сценарию. Он написан. Он был тут. - она стала судорожно осматриваться и искать отсутсвующие карманы джинсов.
- А кто писал сценарий?
- Моя дочь. - интонация, с которой это было произнесено не оставляла сомнений. Дочь не зря поклялась принять новых родственников - теперь у нее будут хотя бы какие-нибудь родственники, потому что родная мать находится где-то на полпути между инфрактом и отречением от потомства.

Я не буду описывать обед. Выпивки не было - всем было налито ровно по пол-бокала яблочного сидра выпить за здоровье молодых. Смущенный священник из церкви Ральфа с Линдой сказал милое благословение трапезе - явно недостаточное с точки зрения семьи жениха. Папа Коши обходил столы и совал всем руку с брезгливостью человека, ожидающего, что к ней приложатся. Дамы в сари хватали эту руку, вскакивали и начинали истерично бормотать восторги по поводу церемонии. Он и мне ее сунул. Я сказала "хау ду ю ду", а муж углубился в дискуссию с индусским старцем, пишущем книгу о психике эмигрантов. На основании 700 интервью. Интервью собирала его жена, профессор теологии, лет этак за 80, в ярко-зеленом сари - узнав, что мы из России, она выбрала неожиданный вопрос:
- Женщины в России освобождены от мужского ига?

Ральф нашел нас перед обедом и жаловался, что мечтает об одном: дойти до своего стола и тайком снять жмущие ботинки. - А как же танец с невестой?, - спросли мой муж.
- А танцев тут не будет.
Их и не было.

Вечером мы выскочили на странный шум - Ральф уже убрал листья со своего участка и заканчивал наш драйв-вей.
- Тише, тише, - сказал он. - Я не спешу домой. У нас уже второй день ночуют 34 родственника.....
Tags: story, us
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

  • 38 comments